№32. 11/2025
3+2 Блока

Я уверена почти на сто процентов, что каждый великий человек искусства — душевнобольной. Или, по крайней мере, настолько чувствительный, что нормальным или адекватным его назвать сложно. Например, только человек с неуравновешенной психикой мог выдумать такой сюжет, как в «Алисе в стране чудес». Только человек с тяжёлой депрессией мог написать «На дне».

А Маяковский? Думаю, известный факт, что любовь к Лиле Брик была сильно необычной — и я, конечно, не психолог, но уверена: это что-то большее и глубиннее, чем просто созависимость.

Кстати, о сердечных делах. 16 ноября исполняется 145 лет со дня рождения Александра Блока — и сегодня говорить мы будем именно о нём, а не о Кэрролле, Горьком или Маяковском. О человеке, который всю жизнь прожил между небом и землёй, между женщиной-ангелом и женщинами из плоти.

«Твои письма кружат мне голову, все мои чувства спутались, выросли; рвут душу на части, я не могу писать, я только жду, жду, жду нашей встречи, мой дорогой, моё счастье, мой бесконечно любимый!»—Любовь Менделеева в письме Александру Блоку 20 ноября 1902 года

«Ты — моё солнце, моё небо, моё Блаженство. Я не могу без Тебя жить ни здесь, ни там. Ты Первая моя Тайна и Последняя Моя Надежда. Моя жизнь вся без изъятий принадлежит Тебе с начала и до конца. Играй ей, если это может быть Тебе забавой…» —отвечал он.

Он говорил, что в его жизни было только две женщины — «Люба и все остальные».
Любовь Менделеева — дочь великого химика, строгая, сдержанная, недосягаемая. Для Блока она стала не просто женщиной, а личной религией. Он называл её Прекрасной Дамой и был уверен, что духовная близость выше телесной. Она же мечтала о простом человеческом счастье — о любви без философии, без мистики, без цитат из Соловьёва.

Сразу же после свадьбы Блок заявил жене, что физическая близость может разрушить духовную связь: физическая близость ассоциировалась у Блока с проститутками, и поэтому воспринималась как нечто мерзкое, грязное, кратковременное. Менделеева же тщетно умоляла мужа в письмах: «Милый мой, ненаглядный, голубчик, не надо в письмах целовать ноги и платье, целуй губы, как я хочу целовать долго, горячо».

Через лет сто психологи назвали бы это классическим случаем «мадонна-блудница» — глубоко укоренённым в психике раздвоением образа женщины на два непримиримых полюса: возвышенный, бесплотный идеал (мадонна) и низменный, плотский объект (блудница). Люба навсегда заняла нишу мадонны, и любая попытка спустить её с пьедестала, сделать земной, воспринималась Блоком как кощунство. Его влечение к жене парадоксальным образом угасло, едва она стала законной супругой, потому что в его системе координат «святость» и «секс» были несовместимы.

Так, потребность всё же у Блока оставалась, и он начал изменять жене. Люба это терпела, но выдерживать этот странный формат отношений она была уже не в силах. Тогда под обаяние Любови Менделеевой попал близкий друг Блока Андрей Белый, и его поклонение Прекрасной Даме скоро переросло в обычную земную любовь к земной женщине. А Менделеева об этом мечтала уже давно. «Я же верна моей настоящей любви, как и ты? Курс взят определенный, так что дрейф в сторону не имеет значения».
Потом Григорий Чулков, потом актёр Константин Лавидовский. От последнего она даже забеременела, а Блок согласился быть отцом ребёнку, потому что своих иметь не мог. Мальчик прожил всего восемь дней.

Она долго металась, но в 1907 г. решила прекратить отношения с Белым. Однако брак это не спасло. У Блока в это время случился бурный роман с актрисой Натальей Волоховой — Снежной Маской, высокой, трагичной, воплощением демонического начала, которого так не хватало его ангелу-жене. Она стала новым архетипом в его коллекции — Роковой Женщиной, демоном, который был так же далёк от обычной жизни, как и его ангел, но находился на противоположном полюсе тьмы и соблазна.

Менделеева сама пришла к сопернице и предложила ей взять на себя заботы о поэте: «К Сашеньке нужен особый подход, он нервен, его дед умер в психиатрической лечебнице, да и мать страдает эпилептическими припадками, а он к ней очень привязан... В общем, решайте сами». На этом роман и закончился.

Но галерея «остальных» женщин на этом не закрылась. Была и актриса Любовь Дельмас — Кармен, чей страстный голос пленил Блока на оперной сцене и вдохновил на создание цикла «Кармен». В его личной мифологии она стала воплощением стихийной, жгучей страсти, третьим архетипом после ангела и демона.

Тем не менее Любовь Менделеева оставалась с поэтом до конца его дней. Когда он заболел, ухаживала за ним, обменивая драгоценности на лекарства. В 1921 г. Блок скончался, жена пережила его на 18 лет. Она больше так и не вышла замуж.

И если подводить итог, то вся история его отношений с женщинами — это не драма любви, а наглядная клиническая картина глубокой душевной дисфункции. Блок был не способен на целостное восприятие личности; он мог любить только проекции, только архетипы. Реальная, живая женщина с её потребностями, телом и характером была для него недоступна, неподвластна, недопустима — её место занимали призраки: Вечная Женственность, Незнакомка, Снежная Маска. Его брак был обречён не из-за внешних обстоятельств, а из-за внутренней, неразрешимой для него задачи: соединить в одном лице богиню и человека. Он так и остался пленником собственного больного восприятия женщины, где любовь была не диалогом, а монологом гения, обращённым к собственным наваждениям.

Да, он не умел любить женщину — только её идею. Но, может быть, именно в этом и заключается проклятие всех гениев: чувствовать слишком остро, видеть слишком глубоко и умирать от того, что никто не способен смотреть с ними на одном уровне. И если великие действительно больны — даже жаль что эта больная гениальность не заразна, ведь без таких сумашедших мир утонул бы в стерильной нормальности, где не рождаются Незнакомки, не звучит «Кармен» и никто больше не мечется между ангелом и демоном.

Злата Степанова, ЧЖНБД 01-24